Официальный сайт

Гуманитарная соционика

0
764

Название/Имя имеет значение (О соционических номенклатурах)


Вступление

Риторический вопрос, заданный маленькой девочкой Алисой, является лишь вершиной айсберга бесконечной череды других вопросов, возникающих даже при беглой попытке разобраться во взаимоотношениях вещей, обозначающих их слов и человека, использующего вещи и слова. Вопросы эти, пусть по-разному сформулированные, но освещающие один и тот же феномен языка, интересовали исследователей еще с античности. По мере прогресса человеческой мысли накопленные идеи вылились в так называемый "лингвистический поворот" в культуре и философии XX века. Язык, текст, слово, название, имя, знак – вот далеко неполный перечень объектов, которые на долгий период заняли умы лингвистов, математиков-логиков, семиотиков, философов. Важно отметить, что работу эту далеко нельзя считать законченной и поныне.

Понятно теперь, почему Алиса так и не смогла дать ответ на вопрос, приведенный в эпиграфе (однако, при этом отметила несомненную практическую полезность названий). Действительно, зачем нужны названия? Какие задачи ставит перед собой человек, называя что-то тем или другим именем? Какими свойствами должно обладать хорошее название? Попытаемся подумать над этими вопросами, обходясь минимально необходимыми понятиями и прибегая к специальным терминам лишь в крайнем случае. А разобраться со свойствами названий нам помогут отрывки из некоторых художественных произведений, ставших классикой мирового фонда литературы (само их существование указывает на важность проблемы).

Для начала вспомним Дж. Свифта и его Гулливера. В одном из своих путешествий герою довелось повстречаться с мудрецами из Лапуты, которые выдумали вот что:

"…Проект требовал полного уничтожения всех слов; автор этого проекта ссылался главным образом на его пользу для здоровья и сбережения времени. Ведь очевидно, что каждое произносимое нами слово сопряжено с некоторым изнашиванием легких и, следовательно, приводит к сокращению нашей жизни. А так как слова суть только названия вещей, то автор проекта высказывает предположение, что для нас будет гораздо удобнее носить при себе вещи, необходимые для выражения наших мыслей и желаний... Единственным неудобством является то обстоятельство, что в случае необходимости вести пространный разговор на разнообразные темы собеседникам приходится таскать на плечах большой узел с вещами, если средства не позволяют нанять для этого одного или двух здоровых парней. Мне часто случалось видеть двух таких мудрецов, изнемогавших под тяжестью ноши, подобно нашим торговцам вразнос. При встрече на улице они снимали с плеч мешки, открывали их и, достав оттуда необходимые вещи, вели, таким образом, беседу в продолжение часа; затем складывали свои пожитки, помогали друг другу взвалить их на плечи, прощались и расходились.

Впрочем, для коротких и несложных разговоров можно носить все необходимое в кармане или под мышкой…"

Лично мне, впрочем, совершенно непонятно, как же при этом они общались на абстрактные, отвлеченные темы, наверное, из-за тяжелой каждодневной ноши сил на них уже не оставалось.

Из этого примера хорошо видно, что название – это некий ярлык, то есть нечто, в каком-то смысле "приклеенное" к называемому, обозначающее или даже замещающее его. Между ними существует неразрывная связь, когда она исчезает для данной пары, оба объекта теряют право быть названием и называемым соответственно. Наличие этой связи можно продемонстрировать другим отрывком, на этот раз из "Алисы в Зазеркалье" Л. Кэррола.

"- ... Заглавие этой песни называется "Пуговки для сюртуков".

- Вы хотите сказать - песня так называется? - спросила Алиса, стараясь заинтересоваться песней.

- Нет, ты не понимаешь, - ответил нетерпеливо Рыцарь. - Это заглавие так называется. А песня называется "Древний старичок".

- Мне надо было спросить: это у песни такое заглавие? - поправилась Алиса.

- Да нет! Заглавие совсем другое. "С горем пополам!" Но это она только так называется!

- А песня эта какая? - спросила Алиса в полной растерянности.

- Я как раз собирался тебе об этом сказать. "Сидящий на стене"! Вот какая это песня!"

Алиса никак не может понять, что именно она услышит, поскольку Белый Рыцарь манипулирует "названием", "заглавием", "названием заглавия" и т.п. Девочке трудно разобраться, что все это ярлыки, прямо или косвенно (через цепочку слов-посредников) указывающие на одну и ту же песню.

Выражаясь более формально, называемое и название являются элементами некой системы, которая содержит как минимум эти два элемента. Такие системы изучает семиотика – наука о знаках и знаковых системах. Традиционно семиотическую диаду дополняет третий элемент, а именно смысл, который несет знак, и вся конструкция может быть изображена в виде т.н. треугольника Фреге:

Стоит отметить, что представленный треугольник 1а является наиболее обобщенным. Вполне возможны треугольники без какого-нибудь одного или даже без двух элементов. Кроме того, существуют треугольники с множественным смыслом при одном знаке (1б, омонимия), а также с множественными знаками при одном смысле (1в, синонимия).

Теперь подойдем к проблеме с другой стороны. Для этого нам надо вспомнить одну из важнейших функций языка (в широком смысле) – коммуникативную, то есть связующую. Исходя из этого, передача информации (а точнее, сообщения, содержащего информацию), которую несет язык, подчиняется общей теории связи К. Шеннона, и выражается обобщенной схемой:

В нашем случае, трактуя коммуникацию как передачу смысла, а также учитывая то, что из триады денотат-знак-концепт лишь только знак всегда материален (не будем уподобляться лапутянам, которые соединяли всю семиотическую триаду в одном материальном объекте!), и может быть воспринят органами человеческих чувств, под кодированием можно подразумевать преобразование смысл ® знак (формализация, ребро C-S треугольника Фреге), а под декодированием – преобразование знак ® смысл (интерпретация, ребро S-C треугольника Фреге). Образно можно сказать, что человек "думает смыслами, а общается знаками".

Поэтому схема приобретает следующий вид:

Итак, исходя из этой схемы, попытаемся заняться моделированием, если так можно выразиться, "человеческого непонимания". Сразу отметим, что нас совершенно не интересует техническая сторона коммуникации, и в нашем канале связи не возникают ошибки (S1 = S2). Также будем считать, что отправитель правильно формализует свои мысли (C1 ® S1). В таком случае единственным "слабым звеном" в нашей модели будет интерпретация воспринятых знаков (S2 ® C2). Здесь можно выделить два случая:

а). Процесс останавливается на этапе декодирования, поскольку получатель не в состоянии проинтерпретировать знак S2. В таком случае получатель вообще не получает никакого смысла при коммуникации (поскольку у него нет соответствия между полученным им знаком и каким-либо смыслом). Будем говорить, что смысл в таком случае утерян.

б). Получатель проинтерпретировал знак S2, но при этом C1 ¹ C2 (такое вполне возможно, вспомним омонимию, рис. 1б). В таком случае будем говорить, что произошло искажение смысла.

При любом из этих вариантов коммуникативный акт потерпел неудачу.

Понятно, что наша схема сознательно упрощена. Так, в частности, видно, что представлен лишь элементарный коммуникационный акт, а в большинстве случаев общение проходит не отдельными знаками, а их совокупностью. В таком случае можно расширить определение S до знакового сообщения, как последовательности элементарных знаков:

S = s1s2…sn, где S – знаковое сообщение, а si – элементарный знак.

Рассматривая обмен знаковыми сообщениями, можно отметить важную роль синонимии. Действительно, в естественном языке обычно существует множество способов выразить смысл сообщения C с помощью знаковых сообщений S1 = s11s12..s1n, S2 = s21s22..s2m,…, Si = si1si2..sik. Допуская, что каждый элементарный знак несет одинаковое количество информации, можно оценить эффективность сообщения, как величину, обратно пропорциональную количеству элементарных знаков в знаковом сообщении. Другими словами, чем короче сообщение, тем оно эффективнее.

Проиллюстрируем сказанное двумя примерами. Первый: возьмем юмористический рассказ М. Твена, в котором негр-охотник вынужден докладывать представителю власти о пойманном преступнике всего лишь одним (!) словом, означавшем "я-поймал-негодяя-убившего-готтентотку-мать-двоих-детей-которого-посадили-в-клетку-для-ловли-кенгуру-снабженную-решетчатыми-крышками-для-защиты-от-непогоды". Вообще-то М. Твен иронизирует над особенностью немецкого языка, допускающего практически неограниченно "склейку" простых слов в одно сверхдлинное, несущее смысл целого предложения. Но для наших целей интересен вопрос: эффективно ли такое сообщение? С одной стороны, да, ведь в одном знаке передан смысл целого предложения. С другой стороны, слово, фактически являющееся комбинацией других слов ничем не эффективнее этой самой комбинации, где слова появляются отдельно. А было бы ли такое сообщение эффективно, если бы для обозначения такого преступника существовало бы более короткое слово? Очевидно, что нет.

Второй пример проще: предложения "Я видел щенка" и "Я видел детеныша собаки" очевидно эквивалентны по смыслу, но первое короче, и значит, эффективнее. В первом предложении "щенок" выступает в качестве названия "детеныша собаки" и помогает увидеть еще одно свойство, которое я считаю очень важным для названия: оптимизация передачу информации в сообщении, а значит, и коммуникации.

Таким образом, суммируя все вышесказанное, будем считать, что в нашем контексте дать правильное название означает обозначить (т.е. связать со знаком) называемый предмет таким образом, чтобы при общении уменьшить объем передаваемой информации без ее искажения.

Давайте теперь попробуем приложить это теоретическое определение к реальной жизни. И сразу же перед нами возникнет вопрос: а с кем же, собственно, надо строить эффективную коммуникацию? Интуитивно можно выделить два вида непохожих вида общения, со специалистами и с неспециалистами. Какому же направлению отдать предпочтение? То, что хорошо для одних, несомненно, оборачивается неудобством для другой стороны. Так, запись "2H2+O2 = 2H2O" не только короче, чем аналогичное по смыслу высказывание "водород реагирует с кислородом с образованием воды", но и содержит больше информации, однако только для тех, кто понимает язык химических формул. Для не владеющих им эти формулы бессмысленны, т.е. информация утеряна (первый сценарий неудачной коммуникации)!

Естественные науки и математика без колебаний решают вышеуказанный вопрос в пользу профессионалов, может ли так же поступить и соционика? На мой взгляд, нет. Соционика, работая с человеком и для человека, не является и не может являться только лишь профессиональным инструментов, так как незнание устройства собственной психики обходится дороже, чем незнание формулы воды. Нерешенным вопросом остается коммуникация с представителями смежных с соционикой дисциплин – психологами, социологами, педагогами и другими. Кроме того, существует мнение (к которому присоединяюсь и я), что основы соционики неплохо бы знать каждому человеку. Таким образом, перед социониками стоит двойственная задача: равно быть понятыми как коллегами, так и людьми, для которых соционика не является профессией. Первая цель тянет в сторону усложнения соционического языка, вторая – в сторону упрощения. Такая задаче сложнее, чем аналогичная задача ученых-естественников, им понимание непрофессионалов не так важно. Скажу больше, отсутствие понимания и правильного разграничения, и, соответственно, развития обеих "ветвей" соционического языка наносит (и будет продолжать наносить) существенный вред соционике как науке. В качестве подтверждения своих слов хочу сослаться на составителя и комментатора первого сборника работ А. Аугустинавичюте Л. Филиппова, который в своих комментариях к работе Юнга предостерегал от такой опасности, сравнивая пути развития теорий Фрейда и Юнга. Популяризация работ первого привело к ее вульгаризации среди масс на американском континенте, сложность и "закрытость" работ второго привела к тому, что полное понимание Юнга стало атрибутом только лишь "интеллектуальной элиты" [32]. По моему мнению, оба направления "перегнули палку" в развитии соответственно, "непрофессиональной" и "профессиональной" части своего языка, в результате которого из-за несводимости сложного к простому в первом случае потерялись идеи Фрейда, а во втором из-за чрезмерного усложнения "потерялись" люди, способные понять Юнга. Соционика, по моему мнению, уверенно идет по стопам фрейдизма, так как ее примитивизация уже давно опережает развитие.

Какой же выход из такой ситуации? С моей точки зрения, достаточно простой: надо контролировано развивать обе части соционической терминологии, не давая сложным "профессиональным" терминам "оболваниваться" самим по себе до вульгарного толкования для "непрофессионалов", и одновременно целенаправленно развивать противоположную ветвь, открывая свободный доступ пусть к простой, но не "маргинальной" соционике. Не стоит также понимать вышесказанное как призыв поставить непреодолимую терминологическую стену между двумя "кастами": "профессионалов" и "любителей", где различие слов будет служить дополнительным фактором закрытости и недоступности. Наоборот, по моему мнению, удачно выбранные термины способны плодотворно работать в любом окружении, раскрываясь во всей своей многогранности при использовании опытными социониками, и помогая разобраться со своим значением новичкам. По моему мнению, эту задачу нельзя считать полностью решенной в настоящее время, поскольку не существует единого, понятного всем без исключения соционикам и удовлетворяющего всем требованиям соционического языка. Одному из частных вопросов этой проблемы, а именно исследованию названий и обозначений для соционических типов и посвящена эта работа. Хочется сразу отметить, что я не ставил целью подвергать анализу также различные системы названий, близкие, но не являющиеся соционическими, например, из типологии Майерс-Бриггс и Кирси.

Для дальнейшего рассмотрения предлагаю ввести несколько определений. Эти определения нельзя считать в полном смысле строгими, однако, они способны облегчить нам нашу задачу.

Обозначением будем называть знак, использование которого при коммуникации ведет к уменьшению передаваемого объема информации без ее искажения.

Обозначения, в свою очередь, будем разделять на названия и формулы.

Формула – такое обозначение, которое не может быть проинтерпретировано вне системы, в которой она возникла, и таким образом, не вносит в систему никакой информации извне ее.

Например, "F = ma", "H2SO4", "Î", "2", "Ñ", """, "$", "a", "_", "^"– это формулы.

Название – такое обозначение, которое может быть каким-либо образом проинтерпретировано вне системы, в которой она возникла, и таким образом, вносит в систему внешнюю, дополнительную информацию по отношению к ней.

Например, "закон Ньютона", "серная кислота" – это названия (несет, скажем, информацию, что этот закон открыл Ньютон; что кислота содержит серу и т.п.).

На практике, "вне системы" означает "в другой, внешней по отношению к рассматриваемой системе". В качестве таковой чаще всего выступает естественный язык. Таким образом, названия обладают "внутренним" и "внешним" смыслами, а формулы – только "внутренним".

В контексте соционики, "интуитивно-логический экстраверт", "ИЛЭ", "IL", "IL" будут формулами, а "Дон Кихот", "Искатель" – названиями.

Интересно, что такая классификация обнаруживает параллели с другой, более общей классификацией знаков, разработанной американским философом Чарльзом С. Пирсом. Она основана на соотнесения внешнего вида знака и внешнего вида того, что они обозначают. Так, по Пирсу, иконические знаки своим внешним видом похожи на обозначаемое, вид конвенциональных не имеет совершенно ничего общего с ним, а индексальные по виду вроде и не похожи, но как бы указывают, наводят своим видом на свое значение. С точки зрения этой классификации, подавляющая часть названий является конвенциональными знаками. Однако аналогия проявляется на уровне соотнесения "внутреннего" и "внешнего" смыслов: "индексальность" ("внешний" смысл указывает на "внутренний") названий и отсутствие "внешнего", а значит и полная "конвенциональность" формул.

Естественно, строгой границы между названиями и формулами нет, и существуют такие обозначения, для которых есть основания причислить их как к формулам, так и к названиям. Как пример можно привести соционическую терминологию Р. Седых, который использовал для соционических типов названия вроде тактил-трейдики, визуал-лингвик и т.п.

Понятно, что для передачи информации в рамках системы, т.е. при общении с коллегами, формулы предпочтительнее, т.к. они не несут избыточной информации и поэтому короче, а значит, более эффективны. Однако при выходе за пределы такого общения формула полностью теряет смысл. При передаче информации с выходом за рамки системы, т.е. общении с неспециалистами, предпочтительнее названия, т.к. дополнительно представляемая ими информация помогает интерпретировать базовую. Однако, самой большой проблемой здесь будет такой выбор названия, чтобы дополнительная, "внешняя" информация не искажала основную, "внутреннюю" (иначе это не будет названием и даже обозначением).

Итак, в связи с вышесказанным, я считаю, что в соционике есть потребность как в формулах, так в названиях социотипов. И назначение их вполне понятно: формулы в основном предназначены для "профессионального" общения, а названия – для "межпрофессионального".

Исторический обзор систем названий соционических типов

Теперь, по-моему, самое время отвлечься от наших теоретических размышлений и обратить внимание на системы обозначений, сформировавшиеся до настоящего времени в соционике. "Генеалогия" происхождения систем названий от разных авторов представлена на Схеме 1.

Схема 1. Дерево наиболее известных систем обозначений для соционических типов.

Исторически первыми, пожалуй, можно считать формульные системы Аушры Аугустинавичюте, хотя следует отметить, что сама она не уделяла вопросам номенклатуры специального значения. В работе [3] соционический типы назывались по названиям первых двух функций (блок ЭГО) модели А, для идентификации одного из двух возможных типов к названию добавлялась характеристика "экстратим" или "интротим", например, "интуитивно-логический экстратим". В работах [2, 7] высказывается мысль о нетождественности терминов "экстраверт"/"интроверт" и "экстратим"/"интротим". Тем не менее в чуть более поздней работе [4] эти термины используются как синонимы, и появляются символьные формулы для социотипа, тоже представляющие собой первых два символа функций блока ЭГО модели А, например, "IL". Все формульные системы Аушры приведены в Табл.1.

Табл. 1. Наиболее известные формульные системы обозначений соционических типов (вверху, соответственно: А1, А2, А3 – полная, сокращенная и символьная формула Аушры Аугустинавичюте, формулы Г – Гуленко, Св – Савченко, Сд – Седых).

Приблизительно в то же время в неформальных беседах и дискуссиях между Аушрой Аугустинавичюте и ее первыми учениками родилась система псевдонимов, которая использовалась для "оживления" сухой терминологии. Впоследствии система широко распространилась и является доминирующей. Ее конечный вид, так как он изложен в работе [7], можно видеть в Табл.2.

Однако, даже в те времена система Аушры удовлетворяла не всех. Хотя прямой критики мне неизвестно, но ряде печатных работ по соционике, особенно самых ранних, наблюдались "переиначивания", "разброс" в названиях. В качестве примера можно привести название "Декарт" для ЛИИ, "Македонский" для СЛЭ, "Холмс" и "Ватсон" для пары ЛСЭ-ЭИИ (например, в [8]), "Тутанхамон" для ИЭИ (например, в [17]). Удивляет то, что авторы изменяли псевдонимы совершенно без комментариев, почему же их не устраивает то или другое название.

Были попытки и системных изменений. Близким соратником и одним из первых учеников Аушры Н. Медведевым была предложена сходная система псевдонимов, которая целиком состояла из имен вымышленных героев всемирно известных произведений литературы. Это сводило к минимуму опасность "перетипирования" прообраза псевдонима вследствие накопления новых фактов из жизни того или иного человека (например, новые источники, изменения официальной идеологии и т.п.), а также упрощало возможную адаптацию псевдонимов к условиям другой языковой и культурной среды. Кроме того, был полностью соблюден критерий однородности системы, чего нельзя было сказать о "родительской" системе. По каким-то причинам названия Медведева не смогли заменить названия Аушры, и, так как система не была опубликована и не использовалась, ныне почти забыта (в Табл.2 приводится система так, как она представлена в [35]).

Тем не менее, система псевдонимов развивалась. В книге [26] авторы изложили свое мнение, что "система псевдонимов привязана почти исключительно к мужскому воплощению ТИМа и не дают достаточно верного представления о его женской ипостаси". Соответственно, для каждого соционического типа ими было предложено в качестве названия имя художественного песонажа-женщины, например "Скарлетт О'Хара", "Герда", "Лолита" и т.п. Однако, сам характер работы указывает на то (и я считаю, что авторы не станут с этим спорить), что предложенная ими система названий больше является развлекательной и не претендует на широкое использование. Вид ее также можно увидеть в Табл.2.

Сейчас все немного улеглось и практически система псевдонимов Аушры используется в своем неизменном виде. Единственный из "альтернативных" псевдонимов, который получил популярность – для типа СЭЭ. Так, весьма часто название типа СЭЭ "Наполеон" предлагали переименовать в "Цезаря", я думаю, во многом благодаря статье [23]. В частности, такая точка зрения открыто высказана в работе [19].

Табл. 2. Наиболее известные названия соционических типов, система псевдонимов (вверху в скобках автор: А – Аушра Аугустинавичюте, М – Медведев, НС – Немировский и Симонов).

Однако, все эти попытки изменений можно назвать "косметическими", поскольку они не затрагивали ключевые, неустранимые недостатки системы псевдонимов (изложенные ниже), которые заметили некоторые исследователи. В качестве альтернативы Гуленко в 1989 предложил систему мотивированных функционально-ролевых названий [9] (Табл.3). Элементами системы названий предлагалась социальная роль, функция социотипа в обществе, причем должна была соблюдаться мотивированность такого названия, т.е. ясная связь между социотипом и его названием. Таким образом, выдвигая название "Искатель" для ИЛЭ, этим самым подчеркивается, что социальная роль ИЛЭ – это поиск (уточнение термина должно быть специально оговорено, чтобы не происходило искажения информации; в данном случае это поиск интересной информации, идей, возможностей), а соответствующее свойство "искать" является характерным для большинства представителей ИЛЭ и не так характерно для остальных типов. Т.е. сразу видно, каким образом называется тип: предлагается выделить одну его самую характерную черту, и на ее основании дается название. Однако названия не следует понимать буквально: например, неправильно полагать, что каждый "Критик" все без разбору критикует (равно как и считать, что каждый "Робеспьер" в душе беспощадный диктатор).

Позиция В. Гуленко последовательна: начиная с 1995 года во всех работах Гуленко использует только мотивированные названия типов в рамках функционально-ролевой системы. Более того, не меняется и его отношение к системе псевдонимов Аушры – в ней он видит одну из главных проблем соционики, особенно при налаживании контактов с представителями официальной психологии [9, 10, 11, 12, 14]. Кроме того, Гуленко предложил и собственную формульную систему для обозначений соционических типов [12] (Табл.1).

Как ни странно, но ситуация с псевдонимами повторилась – новая система не избежала "волны переименования". Шульман, хоть и выразил свое положительное отношение к системе Аушры, тут же выдвинул свою собственную систему, подобную функционально-ролевой системе [35]. Киевские исследователи В. Мегедь и А. Овчаров, которые некоторое время работали совместно с В. Гуленко, поддержали новую систему наименований [21]. В дальнейшем они внесли в нее некоторые изменения, однако, все равно системы отличаются друг от друга непринципиально, и во многом схожи. Так же поступила и Филатова [30, 31], ее вариант тоже не сильно отличается от первоначального. А супруги Савченко, со своих специфических позиций "символьной" соционики выразили мнение о непригодности как функционально-ролевой, так и системы псевдонимов (естественно, с предложением своей "карточной") [24]. Характерно, что никто не предоставил веских аргументов, почему критикуемые ими системы плохи – в лучшем случае немногочисленные и часто достаточно слабые замечания, и то большей частью на эмоциональном уровне – "нравится-не нравится".

Слинько предложил свою систему косвенно, не критикуя старые, и не приводя никаких аргументов в ее пользу, использовав ее в своей книге [27]. Р. Седых тоже предложил свою систему в книге [25], однако, наоборот, заявил, что сделал он это в рамках "глобального" улучшения соционической терминологии (и, правда, кроме названий, он переименовал в соционике практически все). Все вышеуказанные системы в их современном виде приведены в Табл.1. и Табл.3.

Табл. 3. Наиболее известные названия соционических типов, функционально-ролевая система (вверху в скобках автор: Г – Гуленко, МО – Мегедь и Овчаров, Ф – Филатова, Ш – Шульман, С - Слинько).

Следует отметить, что из всех описанных систем только системы, предложенные Аугустой (А. Аугустинавичюте) и В. Гуленко, являются широко распространенными. Они используются во всех видах коммуникации и популяризации соционических знаний – при публикации журналов, книг, на соционических веб-сайтах, на форумах в Интернете и эхо-конференциях FIDONet. Все остальные же системы малоизвестны и почти никем, кроме возможно их авторов, не используются. Некоторые из совсем уж "экзотических" систем можно найти в работе [34].

Итак, суммируем.

Фактически, сейчас в соционике представлено две системы названий: псевдонимов (автор - Аугуста) и система мотивированных функционально-ролевых названий (автор В. Гуленко). Система псевдонимов в качестве названий предлагает имена известных людей или художественных персонажей, обладающих (по мнению автора системы) тем же соционический типом, что и называемый. Система Гуленко предлагает в качестве названия характерную черту, роль, демонстрируемую данным типом в социуме и достаточно заметную из этого социума.

Также в соционике существуют и несколько формульных систем обозначений, при этом, как и в случае с названиями, распространение получили только те, которые предложили Аугуста и Гуленко. Их можно условно классифицировать на словные и символьные, последние на графические и буквенные и т.п. Я считаю, что различий между этими системами заметно меньше, чем в случае с названиями. Однако, в следующем разделе все-таки предлагается их проанализировать.

Анализ формульных систем названий в соционике

Формульные системы условно можно разделить на три такие группы: сформированные на основе базиса Юнга (в формуле так или иначе закодированы полюса признаков из базиса Юнга), на основе функций блока Эго модели А (закодированы две функции модели), и на основе малых групп (тип как пересечение двух малых групп). Например, как представителя первой можно рассматривать "канонические" полные и сокращенные названия типов по Аушре (хотя, строго они являются "гибридными" между первой и второй группой, а чистыми представителем первой группы из параллельной типологии может быть, например, код Майерс-Бриггс). Двухбуквенный код Гуленко и символьные формулы Аушры – представители второй группы. А в третью попадают, например, клубно-темпераментная классификация Седых (тип = темпераментная группа ´ клуб) и стимульно-аргументационная Савченко (тип = стимульная группа ´ група аргументации). Возможные варианты этим не исчерпываются, легко представить себе формулы на основе других признаков Рейнина (периферийный правый статик демократ), по другим функциям модели А (например, по 1-й и 8-й), по другим группам. В подобных системах каждый тип также однозначно идентифицируется, но по очевидным соображениям такие системы менее удобны и поэтому не реализованы.

Как уже было отмечено, системы – представители третьей группы не получили широкого распространения. Дальше, поскольку первая группа представлена лишь одной системой, которая, в свою очередь, является исторически первой, то сравнивать ее фактически не с чем. Из недостатков системы обычно отмечают лишь некоторую "громоздкость" (что устраняется свертывание формулы до трехбуквенной комбинации) и "непонятность непосвященным" (что и привело к созданию названий).

Самая интересная ситуация со второй группой – невооруженным глазом заметно, что у обеих конкурирующих систем формат формул одинаков: две позиции – две первых функции модели А соответствующего социотипа. Поэтому, было бы не правильно не рассмотреть вопрос об обозначениях функций (и аспектов) в обеих рассматриваемых системах. Ну, и в данном случае, как мне кажется, уместно процитировать авторов.

Итак, Аушра для обозначения аспектов и функций выбрала графические изображения (их предложил её знакомый и участник первых соционических семинаров А.Варанавичюс):

"Экстравертную сенсорику мы обозначили кружком +, фигурой, которая создает впечатление наиболее полного соприкосновения со всем внешним миром. Интуицию – треугольником ), который отлично вписывается в круг. Логика и этика – это внешняя форма и внутреннее содержание одного и того же процесса. Поэтому, если логику обозначили квадратом /, как символом строгости мышления, то для внутренней стороны того же явления – эмоционального накала нужно подобрать символ, помещающийся в квадрате. Так появился квадрат без одного угла -" [4].

Лично я оцениваю такой выбор не вполне мотивированным, а аргументацию – спорной и даже произвольной. Кроме вышеизложенного, существует также версия, что угол, символ этики, произошел от искаженной буквы "Е". Отдельно следует сказать об экстравертный и интровертных, т.е. "черных" и "белых" символах. Черный (закрашенный) элемент ассоциируется с объектами ("тело" А. Аугустинавичюте), а белый – с отношениями между ними ("поле" А. Аугустинавичюте) [6]. Шульман в [36] поясняет: "Черные функции – это реалии окружающего мира, белые – отражение этих реалий как отношение к ним… Кроме того, с другой стороны, зачерненный, заполненный контур как-то совершенно самопроизвольно ощущается как нечто реально существующее, что можно взять в руки, почувствовать это нечто, ощутить его реальность и, безусловно, некую – экстравертную – ценность." Интересна также его же мнемоническая схема для запоминания символов соционики:

"Сенсорика – наиболее примитивная ПФ (психическая функция – Д.П.), отражение ситуации "здесь и сейчас" ("Что вижу, о том пою" – наподобие восточных акынов). Поэтому символ, обозначающий эту функцию, должен быть простым, легко запоминающимся. Самая простая объемная фигура в природе – шар – минимум поверхности при заданном (например, единичном) объеме, минимум энергии. Проекция на плоскость – окружность – простейшая плоская фигура.

Интуиция – "Это какие-то города, которые где-нибудь, когда-нибудь, кем-нибудь, наверное, будут построены" (Аушра). Если "построены", если "города", значит, в результате проявления "какого-то" или "чьего-то" разума, например, человеческого.

Самые простые формы, образованные с "применением" Разума, – это формы (фигуры), составленные из отрезков прямых линий. Самая простая фигура, построенная из отрезков прямых линий, – тетраэдр, простейшая проекция которого на плоскость как раз и представляет собой треугольник.

Логический квадрат в дополнительных представлениях не нуждается.

И, наконец, фигура, отражающий самый сложный вид контактов – контактов между людьми – "диванчик", как говорят в Питере – "этика". А диван (собственно диван – как элемент мебели), стоит признать, оч-чень располагает к этим самым контактам, к беседе, в частности, т.е. к проявлению интертипных отношений" [36].

Без сомнения, текст представляет собой художественную ценность, но вот добавляется ли мотивированности выбранным символам? На мой взгляд, нет, так как метод ассоциации, который предлагает Шульман, способен связать произвольные символы с таким же произвольным смыслом (см., например, [13]), вспомним хотя бы психологический тест Роршаха. Вдобавок ко всему прочему, другие психологи в те же геометрические фигуры вносят совершенно другой смысл, даже близко не коррелирующий с соционическим. Речь идет, в частности, и о психоформах Делингер [1].

В. Гуленко пошел другим путем: в его системе функции и аспекты обозначаются буквами латинского алфавита. Предоставим слово и ему:

"Е - динамическая этика, или этика эмоций. Обозначается по первой букве лат. слова "emoveo" - волную, колеблю.

R - статическая этика, или этика отношений. Обозначается по первой букве лат. слова "relatio" - отношение.

Р - динамическая логика, или логика дела. Обозначается по первой букве лат. слова "profiteor" - совершаю полезные действия.

L - статическая логика, или логика структуры. Обозначается по первой букве лат. слова "logos" - закономерность, правило.

S - динамическая сенсорика, или сенсорика ощущений. Обозначается по первой букве лат. слова "sensus" - ощущение.

F - статическая сенсорика, или сенсорика силы. Обозначается по первой букве лат. слова "factor" - воздействующий, влияющий.

Т - динамическая интуиция, или интуиция времени. Обозначается по первой букве лат. слова "tempus" - время.

I - статическая интуиция, или интуиция возможностей. Обозначается по первой букве лат. слова "intueor" - усматриваю, проникаю взором." [12].

Более того, этим буквам можно сопоставить слова из английского языка, который является общепризнанным стандартом научного общения – Emotion, Relation, Practice, Law/Logic, Sense, Force, Time, Intuition (замечание Д. Лытова).

Продолжение статьи здесь

Комментарии

Осталось 1000 символов

Автор


Определить тип

у Виктора Гуленко по Skype
Записаться
Подтипы

Подтипы

Find out your type

V. Hulenko for english speakers
Contact us
Кто победит в конкуренции на руководящую должность Маршал или Инспектор?
Виктор Гуленко

Действительно, ситуации конкуренции между Инспектором и Маршалом за руководящие ...

Какие социотипы относятся к правым, а какие к левым?
Виктор Гуленко

К правым социотипам: Администратор (ЛСЭ), Инспектор (ЛСИ), Политик (СЭЭ)...

Не пропустите, это тоже

Интересно

Статьи

Смена третьей квадры на четвёртую. Дауншифтинг

В сложившемся понимании дауншифтинг (переход на пониженную передачу) — это осознанный выбор человеком вместо доходов и карьеры периферийных...

1
1484
Структура типа

Человек не tabula rasa

Кто сосчитал сколько людей, попавших по воле случая или по собственному безволию в чуждую их соционическому типу коммуникативную среду...

0
2213
Статьи

Погашение логик

Погашение, или полная противоположность, как ещё называют данное отношение, — это не что иное, как нейтрализация, обнуление, аннигиляция двух...

6
1259